Истории — Она и Рыбы

Спящую, играющую,
Твои руки, движения.
Никто, Никто.
Эхо пугает и настораживает;
Чужой город.

Окна смеялись,
Клоуны шли по двору;
Летели птицы.
Когда ты пришла, их было трое.
Приснилось небо —
Меня не было, играет кто-то другой.
Зверь бежал, касался мохнатым боком.
Его убили. Не осталось Никого,
Кто смог бы.
Иди одна.

Тишина ли ?
Переплести слова и запахи вязью сна,
Обмана или шагом кошки в ноябре,
Когда выпадет первый снег ?

Молоко.  Белый день <где?> оранжевые блестки,
Которые подарила тебе мама ?
Река несет к вечеру, какой сон, такое и завтра.
Сердце бьется, устало.
До полуночи  — час.
Ничего,  сделаешь из слов.

Ловушка, часы, которые никогда не ходили,
Взгляд и/или ночью,
Когда желтая лампа, туман и
Потому что скучно,  голосом разбить витрины
Универмагов,
Чтобы тебе уже некуда  было деться.

Стрелочники возвращаются.
Стеклянные поезда где сплю,
День, два и никогда не остановиться.
Из оранжевого в безрадостный за полчаса,
Где только голос и <Эм?>.

Твой <?> дом,
Пустая комната, губы, голос.
Пузыри на воде,  пчелы, подсолнухи,
Слюдяные крылья.
Пусть будет:
Осень, зонты и листья
<Вечером >,
Когда нечего говорить.

{Если не понимаю <Ничего> о времени}
Поезд обгоняет тучу (сверкающую).
Золотую, потому что <За>кат.
Улитка ползет по стеклу, остается бархатный след
<Ночью>.

Я ухожу <вечером>.
Ты остаешься дома (говорить так легко,
Когда зажигаются фонари и рыбы плавают над головой);
В Поднебесной и/или своего голоса
Спрятать глаза и рот и  улыбку без лица
Над узорами <оранжевыми > фонарей.

Когда возвращаешься к башне,
Уже зима и свои истории и не пытайся,
Кино в пустыне, красный цвет и глаз цветка ,
И женщина у метро, которая продает его и не знает
<тебя>,
И  ты ли, обладатель собственного театра и/или
Марионеток в натуральную величину, уходишь вечером в
ПУСТЫНЮ ?

<OK> когда все закончится,
Ты спрячешься и начнешь <с начала>.
Музыка, которой <Никто>  не слышит
И ангелы на телебашне.
К тебе приходят гости и ты оказываешься на улице.

Черный король/Черная королева
И человечки уже не танцуют на холме,
Когда звонит <в> колокол
И дует ветер;
Исчезновение в заброшенном доме
На <ОК>раинах <ОК>тября,
Вслед шагам.

Оранжевый город <ли> вечером,
Ты прячешь в сверкающих сумерках
Глаз золотистой ящерицы,
Ищущий новые <контуры>
Но видящий лишь тебя
<Идущую>.

Где было твое солнце
И яблочный август на берегу реки,
Ты ли слушала ветер
По дороге в сумеречные земли;
Смотришь на улитку
<ползет по ладони>,
Видишь след (блестящий),
Но возвращаешься,
И ябл<ОК>и падают на
Холодную холодную землю,
Когда сентябрь,
И странники возвращаются.

Там ли твой сон, где небо и облака;
Когда <он> зажигает фонари,
Дворники спят и ты одеваешься
И выходишь на улицу,
И прохожие скользят <устало>
Сквозь сумерки на дне твоего глаза.

В городе Оранжевого и Зеленого
Человечек прятался за закрытыми веками,
Он не любил телефоны и броскую одежду,
Вечером он хотел, чтобы его пустили погреться,
А перед сном  в темноте он видел
узоры,
И контролеры просили его предъявить билеты,
А он смотрел на них из под полей своей шляпы,
И думал, что когда-нибудь будет лето.

Ранние сумерки и серебристые веки
<как рыбы>
Плывут час, два.
Наступает ночь и у тебя есть маленький колокольчик <Сейчас>.
Паучьи дома, крики ворон…
Я думаю, ты уже где-то рядом.

Ты ли прячешься в зеркале,
Когда на небе только белое облако,
Плывущее к северу,
Закрывающее солнце,
И окраины звенят трамваями
<едущими>
И я <ли> потерянный в чудесном и
Растворившемся в вечере Нигде?

Когда зажигаешь фонари,
И становится сладким воздух,
Странники уходят из города,
Потому что весна и время путешествовать
И ты спрашиваешь, где моя сумеречная земля;
Я вижу в окно, как ползет трамвай <звенящий>,
И ничего не отвечаю, следя за облаком.

На берегу гулко,
Как отражения разбиваются на круги,
И чертополох, и ящерицы,
И из сломанных часов вытекает время
<сверкающее>;
Там, где заканчиваются все путешествия,
И я, не <знающий>,
Что будет дальше,
Сижу, слушаю, как бьется сердце.

Человечек приходит домой и снимает шляпу,
Открывает зонт и ставит его в угол,
Ложится на диван и наблюдает некоторое сходство
Между букетом цветов
<На столе, в перламутровой вазе>
И календарем на стене.
Так паук внутри твоего глаза
Плетет из солнечного луча истории,
Которые никогда не сбудутся.
Иногда вечером я хотел, чтобы ты была
Слышать шаги по лестнице,
Лежа на диване <закрыв глаза>,
Когда нет странников и не найти тебя
По телефонам at random,
И я не понимаю и/или потому что темно
<Ты выключила свет>,
Остаются запахи и слова
<в тишине>.

Я видел собаку, сидящую на цепи.
Ночь, дни, смеющиеся сквозь стекло.
Ее мертвое лицо, неподвижное, черное.
Распятие на пороге, сценарии Апокалипсиса.
Где ты? Где ты?
Я видел собаку, она смеялась.